• Sky
  • Blueberry
  • Slate
  • Blackcurrant
  • Watermelon
  • Strawberry
  • Orange
  • Banana
  • Apple
  • Emerald
  • Chocolate
  • Charcoal

Body Positive

  • записей
    98
  • комментариев
    11
  • просмотра
    5 283

Предательство тела 19

Jess

67 просмотров

ПАРАНОЙЯЛЬНОЕ ПОВЕДЕНИЕ И ПЕРЕЕДАНИЕ

Компульсивное поглощение пищи — это форма па­ранойяльного поведения. Человек, который компульсивно ест, «отыгрывает» чувство фрустрированности, ярости и вины. Переедание служит тому, чтобы редуцировать чув­ство фрустрированности, выразить ярость и сфокусиро­вать чувство вины. Поглощение пищи, то есть ее пожира­ние, представляет собой инфантильный способ выраже­ния агрессии.

Компульсивный обжора буквально уничто­жает пищу, которая является символом матери, и, таким образом, находит бессознательный выход вытесненной ярости к ней. Однако, в то же самое время, мать симво­лически инкорпорируется в индивидуума, чтобы хоть на время освободить его от фрустрированности, которая бес­сознательно ассоциирована с ней. В конце концов, вина переносится с вытесненной ненависти на акт переедания, то есть совершается маневр, который маскирует истин­ные чувства и делает вину более приемлемой.

Фрустрация и лежащее за ней компульсивное по­глощение пищи возникает из-за материнского отрицания потребности ребенка в оральном эротическом удовлетворении. Ненависть пробуждается, потому что мать занимает соблазняющую позицию. У ребенка возникают ожидания, которые исполнить невозможно. Эта смесь желания и яро­сти, направленная на объект любви, вызывает чрезмерное ощущение вины, такой нестерпимой, что человек проеци­рует ее на других людей или перемещает на пищу. Когда это перемещение произошло, индивидуум попадает в ло­вушку, он начинает ходить по порочному кругу. Его вина усиливает фрустрированность и ярость, которые подталки­вают его к дальнейшему компульсивному поглощению пищи и еще большему ощущению вины. Часто бывает невозмож­но преодолеть переедание, не разрешив это чувство вины.

В бессознательном еда представляется материнс­кой грудью, то есть первичным источником питания. Од­нако, когда связь с матерью отягощена виной, возникшей из-за ее паттерна соблазнения и отрицания, страстное стремление к оральному удовлетворению переносится на отца. Его пенис становится заменителем соска и тоже идентифицируется с едой. Компульсивное поглощение пищи, поэтому, является символическим инкорпорирова­нием пениса и (у мужчин) отражает наличие латентных гомосексуальных тенденций. Гомосексуализм сублимирует­ся в переедание. В конце концов, сексуальное удовлетво­рение трансформируется в запретный плод, а сильное эро­тическое чувство ребенка вытесняется.

Мне бы не хотелось создать впечатление, что все толстые люди — параноики. Переедание — это один из обычных способов «отыгрывания» фрустрации, которая возникла потому, что человек не смог найти удовлетво­рения на взрослом уровне. Существуют и другие спосо­бы такого «отыгрывания» фрустрации: бунт, расовые предрассудки, сексуальное распутство, выпивка и т.д. «Отыгрывание» — это паранойяльный механизм, который в какой-либо степени присутствует у каждого шизоидно­го индивидуума. Я описал только «компульсивного обжо­ру», который не может отказаться от пищи, живет голо­вой, и чья единственная связь с собственным телом про­ходит по кишечному тракту.

Противоположность компульсивного обжоры пред­ставляет человек, который носится с идеей стройности. Конечно, стройным быть модно. Отчасти, эту моду мож­но объяснить как реакцию на переедание, которое стало характерной чертой нашего «чрезмерно тучного обще­ства», а отчасти — интенсивной компульсивной борьбой, которая превращает жизнь в скачки. В этой скачке тол­стые не выдерживают. Мне на память приходит детская песенка, насмешничающая над маленькими толстяками:

Толстый и тонкий бегали наперегонки среди кучи

подушек

Толстый упал и разбил нос,

А тонкий его победил.

Жизненная скачка — это бег от смерти, и здесь толстый тоже едва ли выиграет. Одержимость, связанная с похуданием, представляет собой проявление желания быть юным и, одновременно, проявление страха перед почтенным возрастом. Старение для нас — это болезнь и разрушение. Поскольку это естественный процесс, про­исходящий в нашем теле, чувство, что смерть неминуе­ма, мучает каждого отчаявшегося человека, который без­надежно пытается сохранить молодость. Отчаяние нашей культуры выражается, в частности, тем, что юность явля­ется ее первейшей ценностью.

Худоба предполагает и другие желаемые атрибу­ты: высокое тонкое тело с маленькой головой, сидящей на длинной тонкой шее и покатые плечи, которые эле­гантно выглядят и подразумевают утонченные и аристок­ратичные манеры. В пьесе «Кошка на раскаленной кры­ше» Теннесси Уильямса героиня презрительно называет детей своей сводной сестры «бесшеими монстрами». Тол­стая шея, как правило, ассоциируется с массивностью, с грубым крестьянским типом. Отсутствие четко выражен­ной шеи делает людей монстрами. Но и слишком длинная шея тоже при­дает им что-то нечеловеческое.

Хотя наше общество и приветствует стройную тонкую и длинную шею, нельзя не отметить, что она служит признаком того, что чело­век смотрит на тело свысока и, конечно же, отвергает его. Утонченность тоже может стать чрезмерной. Эмоци­ональное здоровье никогда не предполагает крайностей. Тощее тело точно так же может быть признаком нару­шенного энергетического метаболизма, как и толстое. Между этими крайностями стоит «полнотелый» человек, чье тело служит ему источником удовольствия.

В своих усилиях похудеть на диете люди следуют определенному взгляду или чувству. Никто из них не на­слаждается прибавлением собственного веса или, наоборот, его снижением. Когда тело чувствуется только с точки зре­ния веса среднего человека, первая мысль, возникающая при этом — о диете. Понижение веса в определенных случаях приводит к улучшению баланса между его массой и налич­ной энергией. Реальную проблему, однако, представляет со­бой не снижение веса, а недостаток энергии. Именно он повинен в усталости, депрессии и пассивности, от которых страдает множество людей. Проблема шизоидного индиви­дуума тоже связана с недостатком энергии.

На психологическом уровне несоответствие массы и энергии отражает чувство, что юный дух заключен в чуж­дое старое тело, которое человек ощущает тяжелым, разду­тым и несоответствующим внутреннему чувству молодости.-На эмоциональном уровне человек как ребенок, который чувствует, что зрелое тело его обременяет. Что может быть естественнее, чем уменьшить эту ношу с помощью диеты? Однако это не помогает. Биологическая потребность состо­ит в мобилизации тела путем приятной физической актив­ности и адекватного дыхания. Психологически человек дол­жен идентифицироваться с собственным телом и эмоцио­нально созреть.

Удовлетворение, которое люди получают, соблюдая диету, можно объяснить и отождествлением пищи с мате­рью. Отвергать пищу — значит отвергать мать. Диета, таким образом, обеспечивает возможность символически «отыг­рать» предполагаемую ненависть к матери. Мать = пища = тело. Современная волна следования диетам не только вы­ражает желание уйти от телесности и смертности тела, но и отражает антимомизм нашего времени.

А. Лоуэн "Предательство тела"


0


0 комментариев


Нет комментариев для отображения

Создайте аккаунт или войдите для комментирования

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать аккаунт

Зарегистрируйтесь для получения аккаунта. Это просто!


Зарегистрировать аккаунт

Войти

Уже зарегистрированы? Войдите здесь.


Войти сейчас